Репортаж «Российской газеты» о том, как маленький город переживает страшную беду, объединившись с народом.
Ночью 22 мая Старобельск стал ареной чудовищной трагедии. Три волны мощных беспилотников обрушились на учебный корпус и общежитие профессионального колледжа. Удары пришлись не по военным объектам, а по мирным студентам. К вечеру 23 мая поисковые работы были завершены. Найдены тела 21 погибшего, 10 раненых госпитализированы, 32 пострадавшим оказана амбулаторная помощь.
На блокпосту, где царит напряжение, звучит вопрос: «Куда направляетесь? С какой целью?» «В Старобельск. Журналисты.» В ответ — недоумение и боль: «В колледж? Что там случилось? Сколько погибших? Как такое возможно — бить по детям? Нелюди!» В голосе бойца слышится горечь, разделяемая всеми жителями города, скорбящими о той страшной ночи, унесшей жизни и здоровье десятков молодых людей.
Едва подъезжая к Старобельску, ощущаешь едкий запах гари, напоминающий о произошедшем. Вот здание общежития колледжа, где спали студенты. Их сон был прерван беспощадной атакой беспилотников. Кто-то так и не проснулся. Удары следовали один за другим, волнами. И затем — еще один, уже во время спасательных работ. Общежитие выглядит расколотым, будто смятым гигантским ударом.
Рядом расположенное здание колледжа также несет на себе следы разрушения. Чудом уцелела вывеска «Старобельский профессиональный колледж» с гирляндами, которые когда-то приветствовали студентов. Сохранились и флаги у входа, но крыша и перекрытия обрушены, повсюду видны следы сильного пожара, выбиты окна.
Судя по недавно отремонтированному фасаду, колледж был в хорошем состоянии. У крыльца зияют две глубокие воронки. Видимо, использовались очень мощные боеприпасы. Вокруг разбросаны искореженные куски кровли, жутко смотрящиеся на клумбе с цветами, помятыми взрывной волной. Памятник ликвидаторам аварии на Чернобыльской АЭС, находившийся у колледжа, был засыпан землей в результате взрыва.
Оцепление, следственные действия, работа МЧС, разбор завалов — такова сухая картина событий. Но за этими фактами скрываются ежедневные сообщения о новых жертвах: 10, 12, 16… И десятки раненых. Уменьшается лишь число пропавших без вести, поскольку растет число найденных погибших. Тела доставляют в местную больницу. Оттуда доносятся душераздирающие рыдания матерей.
«Судя по этим крикам, все становится понятно», — вздыхает санитарка. Сегодня привезли тела четырех девушек.
В больнице мы встречаем Елену Смирных, опекуна Максима Богача. Он студент колледжа, мечтавший стать физруком, и чудом выжил. Елена сама лечится в этой больнице и слышала все. «Ночью раздались взрывы, я начала звонить Максиму — телефон не отвечает. Я в приемный покой. Там говорят: ‘Мы видели вашего мальчика, он поступил к нам. Считайте, родился в рубашке’. Когда я его увидела, расплакалась. Весь в бинтах, в крови. Ужас!»
17-летний Максим рассказывает следователю о пережитом, затем выходит к нам. Уставший, с ранами, пятнами зеленки, ссадинами
и царапинами по всему телу, он смотрит не по-детски взрослыми, повидавшими многое глазами. «Услышали, как летят дроны, выбежали в коридор. Первый дрон упал возле охраны, еще два — в клумбу. Остальные — в нас, в наше здание», — говорит Максим, не зная, сколько их было. Его кровать в палате завалена гуманитарной помощью от друзей и волонтеров.
«Я был на пятом этаже, меня сначала придавило, я выбрался, начал помогать девочке, взял ее за руку. Снова ударил дрон. Рухнули плиты, я провалился с пятого на второй этаж. Была пыль, дым, запах гари. Ничего не видно на расстоянии вытянутой руки, нечем было дышать. Горели и кричали люди, многих привалило. Девочку одну с пятого этажа выбросило взрывом. Она заживо сгорела…»
Слушать это жутко, особенно когда Максим рассказывает так отрешенно. «Стал на ноги. Кирпич бьет в голову. Упал, слышу, летит дрон, поднимаюсь, взрывной волной выкидывает на улицу. Снова полетели дроны, залез под елки. Ударили еще пара, побежали с ребятами».
Максим вспоминает, как прятались, перелезали через забор, как жители ближайших домов укрывали их, как сгорели все вещи и документы. Его голос срывается, когда он говорит о погибших друзьях. «Мы были как семья, — шепчет он. — Теперь многих нет».
В городе царит атмосфера скорби и единения. Люди приносят цветы к разрушенному колледжу, оставляют игрушки в память о погибших детях. Волонтеры помогают пострадавшим, обеспечивают их всем необходимым. В церкви проходят поминальные службы.
«Это общая беда, — говорит местный житель Иван Петрович. — Мы не можем оставаться в стороне. Мы должны поддержать друг друга, помочь тем, кто потерял близких».
Особую боль вызывает информация о том, что погибших девочек провожали в последний путь в подвенечных платьях. Это стало символом оборвавшихся надежд и несбывшихся мечтаний. Город скорбит вместе со всей страной, оплакивая невинных жертв трагедии.
«Мы никогда не забудем эту ночь, — говорит глава администрации Старобельска. — Мы сделаем все возможное, чтобы помочь пострадавшим и восстановить разрушенное. Но самое главное — мы должны сохранить память о тех, кто погиб, и сделать так, чтобы подобное никогда не повторилось».
